Рост отдельных показателей подростковой преступности требует не эмоциональной реакции, а системного ответа государства. Он должен включать как усиление профилактики, так и обсуждение возможности снижения возраста уголовной ответственности за наиболее тяжкие преступления. Об этом заявил депутат Архангельского областного Собрания депутатов Георгий Губанов.
Тему вновь подняли после публикации исследования Аналитического центра ВЦИОМ. Согласно его результатам, более половины россиян поддерживают возможность привлечения к уголовной ответственности с 12 лет за отдельные тяжкие преступления. При этом представления большинства граждан о возрасте, когда подросток начинает понимать последствия своих действий, в целом близки к существующим нормам законодательства.
Георгий Губанов поддерживает идею пересмотра возрастного порога, однако подчеркивает: перечень преступлений должен быть четко определен законом, а особенности несовершеннолетнего обязательно должны учитываться при рассмотрении каждого конкретного дела.
«Есть огромная разница между детской глупостью, правонарушением, совершенным из-за незрелости, и осознанным тяжким преступлением. Закон должен эту разницу видеть. Но он не должен закрывать глаза на тяжкое деяние только потому, что человеку, который его совершил, еще нет четырнадцати лет», — отметил депутат.
По мнению Губанова, за последние годы существенно изменилась сама среда взросления. Ребенок гораздо раньше становится самостоятельным пользователем интернета и получает доступ к информации, которая раньше была преимущественно взрослой.
Обратной стороной этого процесса стало появление новых каналов криминального воздействия. Вербовщику больше не нужно физически искать подростка на улице — контакт можно установить через социальную сеть или мессенджер.
«Это важно понимать и в Архангельской области. Мы не существуем в информационном вакууме. Подросток в Архангельске или небольшом населенном пункте региона может получить сообщение от человека, находящегося за тысячи километров. Поэтому профилактика сегодня должна быть современной, а не строиться только на подходах двадцатилетней давности», — считает Георгий Губанов.
По данным правоохранительных органов, основания для беспокойства существуют. В первом квартале текущего года число несовершеннолетних, нарушивших закон, выросло на 9%, а число насильственных преступлений, совершенных подростками, — на 10%. МВД сообщало и о существенном росте вовлеченности несовершеннолетних в преступления террористической направленности.
В то же время парламентарий считает принципиально неправильным видеть решение только в уголовном законодательстве.
Результаты ВЦИОМ показывают, что около половины опрошенных связывают подростковую преступность прежде всего с недостатком воспитания. Россияне также называют незрелость, влияние интернета, нехватку нормальной занятости и досуга, психологические причины и недостатки работы социальных институтов.
По мнению депутата Архангельского областного Собрания, региональная профилактика должна начинаться намного раньше, чем подросток попадет в поле зрения правоохранительных органов.
Спортивные школы, творческие объединения, дополнительное образование, молодежные центры и доступная психологическая помощь, считает Георгий Губанов, должны работать как единая система. Особенно важно сохранять эти возможности в удаленных муниципалитетах Архангельской области.
Еще одним направлением парламентарий называет противодействие взрослым организаторам преступлений.
«Если взрослый человек ищет именно ребенка, потому что считает его удобным исполнителем, государство должно прежде всего добраться до организатора. Нельзя допускать появления модели, при которой несовершеннолетнего используют как расходный материал, рассчитывая на его возраст», — отметил Губанов.
Таким образом, поддерживая снижение возрастной границы для отдельных особо опасных деяний, депутат выступает за комплексный подход.
По словам Георгия Губанова, конечной целью должно стать не увеличение количества уголовных дел против несовершеннолетних, а сокращение самого числа преступлений.
«Профилактика должна защищать подростка до преступления, а закон — общество в ситуации, когда преступление уже произошло. Только сочетание этих механизмов может дать результат и для Архангельской области, и для страны в целом», — подытожил депутат.
